28 октября Вадиму Сараеву исполнилось бы 90 лет

29 октября 2020 г.

Жизнь такая, как надо
28 октября главному научному сотруднику ИТМФ, кавалеру ордена Знак Почета, доктору физико-математических наук, лауреату Государственной премии СССР, Почетному ветерану ВНИИЭФ Вадиму Александровичу Сараеву исполнилось бы 90 лет. В отделении 08 он проработал 45 лет, из них 25 лет возглавлял математический отдел.

1_qYoPhdM0WC8.jpg

Детдомовское детство
Вадим Александрович родился в Ашхабаде Туркменской СССР. В семье деда было 10 детей. Отец Вадима Александровича, Александр Харлампиевич, был самым младшим и остался без отца в 5 лет, мать тоже вскоре умерла. Младших детей взял к себе старший брат Иван.

Отца Вадима Александровича в двадцатые годы сослали в столицу Туркмении за то, что он в своем стихотворении о работе чекистов упомянул подвалы Лубянки. Несколько лет после ссылки Александр Харлампиевич работал в редакции газеты, писал стихи, прозу и даже был принят в Союз писателей СССР. Женился, и в семье родились двое сыновей — сначала Костя, а потом Вадим. В 1935 году отца забрали и без права переписки сослали в Воркуту. Мать, боясь за свою судьбу и судьбу детей, сразу же развелась с отцом, перебралась в Узбекистан и сдала сыновей в детдом в Бухаре, а сама уехала в райцентр Каракуль и там поступила на работу, при этом написав, что одинока. Из-за этого отец позже не смог найти своих сыновей. Он уцелел в штрафбате во время Великой Отечественной войны, демобилизовался, в Новороссийске женился на женщине с двумя детьми. В конце 50-х был реабилитирован, восстановился в Союзе писателей и после этого стал искать своих детей. На запрос получил ответ, что они умерли — ведь в анкете мать указала, что у нее нет семьи. Он все же обратился во всесоюзный розыск, но они так и не встретились. Самое интересное, что в это же время Вадим Александрович, уже оказавшись в Сарове, тоже подал на розыск отца. Но, видимо, из-за засекреченности объекта никаких извещений не было. Отец умер в 1966 году. Но все же всесоюзный розыск дал результат. Уже после смерти Александра Харлампиевича Вадима и Костю разыскала тетя Зинаида Харлампиевна, оставшаяся одна из десяти братьев и сестер Сараевых. Она-то и рассказала о судьбе отца спустя много лет.

В детдоме Вадим оказался в пятилетнем возрасте. Он очень хорошо пел, и его даже хотели перевести в интернат для одаренных детей, но началась война. Все дети трудились — собирали хлопок, рабочих рук тогда не хватало. Братья, конечно, скучали по маме, и в 43-м, решив поехать на восстановление Сталинграда, она детей взяла с собой. Летом этого же года мать отдала сыновей в ремесленное училище. Вадиму еще не исполнилось тринадцать, а в училище брали с четырнадцати. Документы не спросили — матери, прибавившей ребенку год, поверили, а может быть просто вошли в положение, ведь поступление на учебу давало хоть какую-то возможность выжить в тяжелое военное время.

QIP Shot - Screen 2164.png

На краю смерти
Училище по специальности «слесарь по ремонту оборудования» Вадим окончил в победном 45-м, и его направили на Сталинградский тракторный завод, в чугунолитейный цех. Жить тогда было трудно, хлеб и продукты выдавали только по талонам. Однажды у Вадима в начале месяца украли все карточки и из общаги утащили постельное белье, оставив только матрас. Весь месяц пришлось есть картофельные очистки, которые кто-то выбрасывал. Выжил каким-то чудом, но совсем отощал.
В 1948 году с Вадимом случилось несчастье — при проверке электромотора правая рука попала в вентилятор, и четырех пальцев как не бывало. Парень попал в больницу, а когда выписался, узнал, что администрация родного завода его уволила, попросили и из общаги. Восемнадцатилетний молодой человек решил, что жизнь кончена и, сидя на лавочке в сквере, подумывал уже положить голову под поезд. Но тут его заметил незнакомый мужчина. Поговорив с парнем, он предложил свою помощь и буквально спас Вадиму жизнь. Как выяснилось, он был юристом и разъяснил, что надо делать. На завод составили бумагу, и оказалось, что там грубо была нарушена техника безопасности, а Вадим ни в чем не виноват. А еще он тогда написал письмо матери, и она отправила жалобу в Москву. Тогда из ЦК отвечали быстро, и на завод пришла депеша с резолюцией: «Трудоустроить немедленно!» Парня тут же назначили табельщиком и вернули место в общежитии.

Став инвалидом, Вадим понял, что должен пойти учиться. К тому времени у него было только шесть классов образования, и в 1949 году он поступил в вечернюю школу. Там у него сразу проявились способности к математике. Трудолюбивому юноше учиться было легко, он мог спать по три часа, утром бежать на завод, а вечером в школу, и почти вся ночь оставалась для занятий. Пришлось учиться писать левой рукой.

Босоногий студент
Вадим окончил школу с серебряной медалью и поступил в Ленинградский университет на механико-математический факультет. Приехал в Северную столицу в изношенной футболке и старом пиджаке. Быстро порвалась и обувь. Молодой провинциал какое-то время ходил по Ленинграду босиком, нарываясь на замечания стражей порядка. Вскоре Вадим стал одним из лучших студентов. В группе ему приглянулась красавица и умница Майя. И ей сразу понравился веселый, общительный, но во время занятий очень серьезный, сосредоточенный и трудолюбивый молодой человек. Они поженились в середине четвертого курса. На свадьбе с нехитрым угощением, устроенной на две стипендии, весело гуляла вся группа, да и все друзья из общежития.
Не забывал Вадим и своего увлечения — пения. Песни в его исполнении друзья-студенты часто слышали и на вечеринках, и на отдыхе, и на общественных мероприятиях. Он пел в составе университетского хора, ходил на концерты в консерваторию, филармонию, оперный театр.
Вскоре у молодых родителей появился первенец — сын. Воспитывали его без отрыва от учебы. Вадим оказался отличным отцом — коляска была не по карману, и он гулял с малышом на руках. Молодая семья защитила на «отлично» две дипломные работы, которые даже были рекомендованы к публикации в университетском журнале, и в 1958 году по распределению приехала в наш город.

Саров — вторая родина
Выпускникам сразу дали большую комнату в двухкомнатной квартире, а на подъемные была куплена первая мебель. Ребенка определили в ясли. С работой повезло — для молодых специалистов организовали семинары по изучению программирования и вычислительных методов, ведь нужно было заниматься прикладной математикой.

В 60-е годы Вадим Александрович Сараев окончил аспирантуру и 1969 году защитил диссертацию на соискание ученой степени кандидата физико-математических наук по теме «Некоторые вопросы методики и организации программы СИГМА». Защита диссертации была в Москве в Институте прикладной математики АН СССР. В том же году Вадим Александрович был избран на должность начальника лаборатории. В 1971 году за работы над комплексом СИГМА и проведение важных двумерных расчетов ему была присуждена Государственная премия СССР. Затем была защита докторской диссертации.

В течение многих лет Вадим Александрович был членом совета по присуждению ученых степеней, работал в научно-техническом совете, участвовал во многих научных конференциях и съездах, печатался в научных журналах, писал рецензии на диссертации. Но при этом оставался скромным человеком, с уважением относился к людям, к труду коллег. Будучи начальником, никогда не повышал голос на подчиненных и только тяжело вздыхал, когда, например, надо было пожурить опоздавшего сотрудника.

Пожизненный недуг Вадима Александровича не отделял его от других — вместе со всеми ходил на субботники, ездил на уборку картошки, на равных участвовал в спортивных мероприятиях, особенно любил футбол. Однажды сдавали нормативы ГТО, и один из сотрудников соревновался с Вадимом в метании гранат. Гордый, что кинул дальше, он даже не вспомнил, что Сараев действовал левой рукой.

А в своей семье он был замечательным отцом и дедушкой — любящим, добрым, заботливым, понимающим. Трое детей — Алексей, Галина и Марина подарили ему шестерых внуков, которых он безмерно любил. Дети выросли в отцовской ласке и любви и взяли от него кто талант певца, кто математика, а все — его жизнелюбие, оптимизм и принцип: «Есть такое слово — надо!».

Поделиться: